Размер шрифта: A A A
Цвет сайта: A A A A
 
Администрация Алексеевского сельского поселения Октябрьского района
 
На главную

А знаете ли вы?
На территории Алексеевского сельского поселения расположено 2 волейбольных поля, 2 площадки ручного мяча, 2 футбольных поля и баскетбольная площадка
На главную
Карта сайта
Обратная связь

c. Алексеевка

Здешняя территория активно осваивалась человеком еще в глубокой древности. Свидетельством тому могут служить обнаруженные в последние годы памятники старины. Одни из них – стоянка первобытного человека. Расположена она примерно в 300-х метрах от юго-западной окраины хутора Шевченко, по крутому склону холма. Датировать стоянку точно пока не представляется возможным, ориентировочно же она относится к периоду от позднего палеолита до неолита, то есть от древнекаменного до новокаменного века.
Небольшое овальное плато длиной в 100-120 метров и шириной несколько меньших размеров, разрезанное почти пропорционально надвое большим глубоким оврагом. Во время разведочных работ тут был собран разнообразный археологический материал: кремневые скребки, рубила, шильце, сколы, отщепы. Встречается чешуя крупной рыбы. Многие кремни обожжены. Все изделия изготовлены из темного и темно-серого неоднородного кремня , который добывался здесь же, рядом со стоянкой, немного ниже по склону балки.
Обнаруженный материал в общих чертах позволяет сделать некоторые выводы относительно рода занятий первобытного человека на берегах Малого Несветая. Тогда в эпоху таяния ледника данная река представляла из себя водный поток шириной в 2-2,5 километра и несколько десятков метров глубиной. Естественно, что род занятий древнейшего человека был, главным образом, рыболовство.
Расположена стоянка террасообразно, один культурный пласт ступенькой нависает над другим. Это вызвано действием грунтовых вод, постепенно подмывающих поселение. Судя по размерам стоянки и количеству найденных предметов, тут одновременно могли проживать три-четыре десятка человек. Это большое по масштабам своего времени поселение.
Другая аналогичная стоянка первобытного человека расположена на границе земель Алексеевского сельского поселении и г.Новошахтинска по балке Бугултай.
Одна эпоха сменялась другую. Приходили и растворялись в глубине времен различные племена и народы. Они исчезали, но оставили после себя немало немых свидетелей своей жизни и деятельности. Это прежде всего курганы, искусственные холмы, под которыми погребали умерших. Иной раз это одинокие курганы, а порой встречаются целые комплексы. На территории Алексеевки известны по меньшей мере два таких комплекса. Один, имеющий название «Винокосовские курганы» расположен к северо-западу от Алексеевки, рядом с бывшей шахтой №19 шахтоуправления «Несветаевское». Насчитывает он свыше десятка курганов. Некоторые сильно распаханы. Другая группа из 7 сильно распаханных курганов , находится в 1-2,5 километрах к западу от х.Шевченко.
Раньше на вершинах многих курганов стояли вытесанные из каменных глыб разного размера изваяния, в народе именуемые «каменными бабами». Некоторые из них в настоящее время выставлены в экспозиции историко-археологического музея-заповедника «Танаис». Великолепная «Каменная баба», датированная 12-веком нашей эры, в 1989 году была передана в музей-заповедник Танаис», в качестве дара коллективом педагогов и учащихся МООУ средней школой №48.
Осенью того же 1989 года севернее с.Алексеевка, в окрестностях балки Бугултуй, при активной помощи местных жителей сотрудники музея обнаружили еще один массивный истукан. Хорошо сохранилось детальное изображение толстой косы свисавшей с головы до самого пояса. Утверждать, что изображение божества женского пола со всей уверенностью нельзя, поскольку в древности у целого рода племен существовал обычай заплетать косы и у мужчин.
Год спустя огромную статую, вернее ее верхнюю половину нашли в 2-х километрах к юго-западу от х.Шевченко. Дата изготовления та же -12 век. В декабре 1996 года в окрестностях х.Шевченко удалось обнаружить сразу два древних истукана.
В окрестностях Малого Несветая, хранят в своих недрах следы былых сражений, так называемые «ратные поля». Так по склонам балки Улюк до сих пор после сильных дождей весной и осенью, когда на почве нет растительности, можно обнаружить сильно поврежденные временем бронзовые и медные бляшки, на которых изображен мифический хищник Грифон, терзающий льва или тигра. Такого рода сюжеты для Приазовья не свойственны. Они характерны для региона Малой и Передней Азии. И действительно попали в нашу местность именно оттуда. Эти бляшки память о пребывании здесь в 514 году до нашей эры полчищ великого завоевателя древности персидского царя-царей» Дария Ахеменида.
Подробности пребывания Дария в наших краях сохранились в 4-й книге «Истории» Геродота, известного древнегреческого историка, прозванного за создание своего труда «отцом истории».
В наших краях тогда проживали кочевники, которых греки именовали скифами, себя же они называли «Сколотами».
Когда Дарий вторгся с огромным войском в скифские пределы, кочевники, ввиду численного превосходства неприятеля, избегали открытых сражений и применяли партизанскую тактику: выжигали на пути следования персидского войска степь, уничтожали мелкие отряды разведчиков и фуражиров.
Сюда в Восточную Скифию, Дарий пришел с порядком обессилившим войском и приняв всю бесперспективность дальнейшей компании, повернул назад, бросив на произвол больных, раненых и обессилевших воинов. С одним из отступавших персидских отрядов и произошло сражение на землях с.Алексеевка. Убитых похоронили, но очень много еще осталось лежать в густых зарослях терновника, единственное, что сохранилось от воинов грозного «царя –царей» - это медные и бронзовые бляшки.
Еще один исторический факт имеет к нашим краям самое непосредственное отношение. Связан он с рекой Малый Несветай. В наши дни это всего лишь рядовая, заштатная степная речушка. А несколько столетий назад она была широкой, глубоководной, по ее берегам росли густые леса, а по водной глади проходили караваны судов. Память об этом сохранилась до наших дней. До сих пор из уст местных жителей можно услышать, что по Малому Несветаю, якобы проходили суда Петра Первого во время его второго Азовского похода в 1696 году. И показать могут места, где петровские суда в свое время приставали к берегу. Места подходящие, и суда, действительно, некогда приставали к берегам, только не во времена Петра, а значительно раньше, примерно на 150 лет.
Со времен Золотой Орды в районе теперешнего украинского города Артемовск Донецкой области, на Бахмутских копях добывали соль. До середины 16-го века большую часть добытой соли без особых приключений доставляли от Бахмутских солеварен на возах к берегам Северского Донца, там перегружали в специальные грузовые суда - «будары» - и уже по воде перевозили груз к Азову - турецкой крепости и одновременно административному центру Азовского пашалыка (санджака) Османской (Оттоманской) империи.
Татарские, а несколько позднее - ногайские мурзы неплохо наживались на соляной торговле. Препятствий им никто не чинил. Кругом голая степь, полноводные реки, берега которых были покрыты лесами, а на случай забредшей невесть откуда небольшой кочевой орды имелась охранная грамота хана, она именовалась «пайцза». Согласно историческим источникам, ее текст гласил следующее: «Силою вечного неба. Покровительством великого могущества. Если кто не будет относиться с благоговением к воле хана, тот подвергнется ущербу и умрет».
Так продолжалось до времен Ивана Грозного, когда в «Диком поле стали один за другим возникать казачьи «городки», впоследствии получившие название станиц. Среди возникших по Дону городков был и Раздорский. Раздорские казаки очень скоро и надежно перекрыли татарско-ногайский торговый путь по Северскому Донцу и далее по Дону. «Большой соляной шлях» навеки прекратил свое существование.
Азов и ногайские племена, жившие в низовьях Дона и Кубани, не могли оставаться без бахмутской соли. Нужно было искать новую водную артерию. И она была найдена, причем не одна. Теперь из района солеварен под усиленной охраной торговые караваны доставлялись к отрогам Донецкого кряжа, в район современного Новошахтинска, где соль перегружали на «будары», после чего, разделив их на два каравана, отправляли в путь по Большому, и Малому Несветаям. Делалось это из-за опасения возможного нападения казаков, из простого расчета, что хоть один караван доберется до места назначения. Два Несветая не были единственными водными артериями «малого соляного шляха», соль сплавлялась и по другим степным речкам, в данном случае речь идет об одной из ветвей пути. Караваны соединялись у реки Тузлов, что означает «соляная река» (не соленая, а именно «соляная», то есть река, по которой перевозят соль) и далее следовали к цели - Азову. Никаких препятствий дальше не было.
Черкасского городка (теперешней станицы Старочеркасской) тогда, во времена Ивана Грозного еще не существовало. С его же возникновением был перекрыт и этот торговый путь, а вскоре и сами Бахмутские солеварни были захвачены донскими казаками. С того времени торговые суда по Малому Несветаю не ходили. Что же касается петровского флота, то он продвигался к Азову по Дону и появление его здесь - всего лишь местная легенда.
Со времен «Малого соляного шляха» и примерно до середины 19-го века наши места были абсолютно безлюдными. Возможно, именно потому, что казаки появились здесь сравнительно поздно, местность в значительной мере сохранила свою прежнюю, дославянскую топонимику (географические названия на местности). Конечно, есть у нас и Каменная и Берестовая балки, каковых много на Дону. Но все же преобладают старые, тюркские названия.
В Малый Несветай впадают своими ручьями, к нашему времени уже полностью или почти пересохшими, балки Бугултай, Джемельтай, Курутай, Каратай, Манкирь, Ульюк. Слово «тай» означает «вода» или «река». В позднее Средневековье тюрки слово «вода» произносили как «су» или «сай»: Ак-сай означает «белая вода». Видимо, топонимические названия в нашей местности были даны задолго до появления здесь татар и ногайцев, скорее всего, если за основу брать очень архаическое произношение слова «вода» - «тай», наши ручьи и балки получили свои названия во времена ранних тюрок - хазар, то есть свыше тысячи лет назад.
Со временем некоторые из указанных выше топонимов «ославянились». Так, балка Джемельтай потеряла свою последнюю букву и сейчас походит на женское имя - Джемельта, а балка Каратай, потеряв «а», превратилась в Картай-балку. Каратай переводится на русский как «черная вода». На Дону много водоемов под названием Аксай и Каратай. Объясняется это просто: в тюркских языках цветом иногда обозначали стороны света, белым - север и черным - юг. Таким образом «Каратай» звучит как «южная река или «южная вода», обозначая тем самым южные пределы владений какого-то племенного союза ранних хазар, а Аксай, следовательно, северную границу, но уже других, более поздних кочевников.
Широкая, похожая на амфитеатр балка Курутай тоже претерпела изменение, потеряв в середине слова букву «л» - «Курултай» «река народу», то есть место для проведения хазарами народных собраний. Действительно, место для проведения таких мероприятий очень подходящее: внизу располагались племенные вожди, дружина, жрецы, а по пологим склонам - рядовые общинники, громкими криками выражавшие свое согласие или несогласие на предложения «верхушки». Таким образом, через топонимические название память о живших здесь некогда хазарах дошла до наших дней.

Хутор в годы Первой мировой войны
Как протекала жизнь в хуторе в годы Первой мировой войны, автор этих строк информацией не обладает. А вот о событиях, последовавших после залпа «Авроры» некоторые, хотя и отрывочные данные имеются. Это, несколько архивных документов, опубликованных в сборнике «Борьба за власть Советов на Дону» (Ростов-н./Д., 1957) и воспоминания участников тех событий, записанные в разные годы. Особого внимания заслуживают воспоминания красного партизана, активного борца за Советскую власть в наших местах Семена Ефимовича Чернецова, сделанные в 1989-1990 годах.
Летом 1917 года в Малый Несветай на постой была определена 4-я сотня 36-го Донского казачьего полка. Командовал сотней есаул Голубинцев.
На соседнем Парамоновском руднике, где работало немало здешних казаков, после февральской революции функционировал Совет рабочих депутатов, которому подчинялась выборная народная милиция. Возглавлял Совет большевик Матвей Федорович Соколов. Большевики основательно распропагандировали как жителей Малого Несветая, так и расквартированную там сотню.
Когда свершилась Октябрьская революция, донской атаман А. М. Каледин Советскую власть не признал, ввел на Дону чрезвычайное положение и сделал попытку навести порядок, в первую очередь - в шахтерских поселках, где особенно сильным было влияние большевиков. Для этого он своим распоряжением распустил выборную милицию и отправил в каждый поселок свою, чисто казачью. На территорию Парамоновского рудника прибыли «милицейские» из Новочеркасска под началом сотника Кузнецова.
Однако, местный Совет, опираясь на рабочую милицию и отряд Красной гвардии, сформированный еще весной 1917 года при активной помощи большевика Тимофея Ульянцева, признать полномочия Каледине кого начальника милиции отказался. Более того: своим распоряжением Совет отпускать из местной лавки калединским «милицейским» продовольствие в категорической форме запретил.
Сотник Кузнецов, зная, что Несветайский рудник братьев Парамоновых располагается на землях, арендованных у малонесветайских казаков, отправился в хутор за поддержкой. Однако, распропагандированные большевиками хуторские казаки, а также и расквартированная сотня отказались поддержать калединского сотника. Более того: сотенный комитет, который возглавлял по иронии судьбы однофамилец войскового атамана — казак Каледин отправила на рудник делегацию, которая там заявила о полной поддержке рудничного Совета рабочих депутатов, вплоть до вооруженного содействия.
Несостоявшийся «начальник милиции» Несветайского рудника сотник Кузнецов вынужден был вернуться в донскую столицу, о чем, начальник Черкасской окружной милиции войсковой старшина Пухляков написал рапорт на имя атамана А. М. Каледина. Рапорт сохранился в Ростовском областном государственном архиве, и был опубликован в сборнике документов «Борьба за власть Советов на Дону», изданном в Ростове в 1957 году, к 40-летнему юбилею Октябрьской революции.
Начинавшаяся Гражданская война вяло протекала совсем рядом, вдоль линии железной дороги, а здесь, в Малом Несветае было обыденно, тихо, как в глубоком тылу, о войне доходили лишь отрывочные слухи. Хутор признал Советскую власть, над атаманским правлением был водружен красный флаг. Таким образом, Несветайские горняки могли не опасаться за свои тылы. И когда отряд белых партизан попытался пробиться к Несветаю со стороны станции Горная, большевики, мобилизовав все свои силы, смогли отбросить белых.
Обстановка в хуторе резко и круто изменилась практически сразу же вслед за установлением на Дону Советской власти, то есть – к весне 1918 годи. Появился хуторской Совет.
Кто его возглавлял установить не удалось, известно лишь, что в его формировании активную роль сыграл малонесветайский казак Александр Иванович Минаев, человек уже в летах - 1866 года рождения, живший к тому времени на Парамоновском руднике, но поддерживавший постоянную и тесную связь с земляками. Хуторской Совет вынужден был давать согласие на разного рода реквизиции: продовольствия, одежды, лошадей, поскольку горняки и стоявшие на руднике красногвардейцы во всем этом нуждались, а платить были то ли не в состоянии, то ли не желали.
Несколько раз горняцкие продотряды навещали хутор. Когда казаки попробовали громко выразить свое недовольство, продотрядчики расстреляли бывшего атамана Фирсова и священника. Хутор затих, готовый в любой момент взорваться восстанием. Но в одиночку на успех надеяться было нечего: с одной стороны в восьми верстах от хутора находился занятый большевиками Парамоновский рудник, с другой – проболышевистски настроенные «хохлацкие» слободы.
В апреле 1918 года, доведенные до отчаяния грабежами и поборами, восстали казаки Бессергеневской, Заплавской и Кривянской станиц. Казаки с налета захватили Новочеркасск, объявив там всеобщую мобилизацию, и устремились к Ростову. Газета ростовских коммунистов «Наше знамя» с тревогой писала о наступавших на Ростов казаках «под командованием генерала Смирнова в некоего Фетисова». Но затем «красный атаман» Ф. Г. Подтелков, стянув силы, сумел дать отпор. Красные даже захватили Кривянскую.
Лидеры повстанцев разослали своих гонцов по всем окрестным хуторам и станицам поднимать «сполох» - тревогу, призывая к восстанию. Следом за гонцами шли красные каратели. В Малом Несветае гонцы побывали и проследовали дальше. Пришли красные и потребовали немедленной их выдачи. Выдавать было некого, но каратели не поверили и, схватив 12 первых подвернувшихся под руку человек, расстреляли, а трупы сбросили в ствол шахты Дороганова-Сафронова. Погибшие были даже не казаками, а иногородними. Установлена фамилия лишь одной жертвы - Клименко.
Позднее их посмертно приняли в казаки и похоронили с воинскими почестями. В наши дни на братской могиле жертв красного террора казаками Несветайской станицы (г. Новошахтинск) водружен памятный крест.
Сразу же после ухода красных карателей, хутор восстал, Советская власть пала. А вокруг хутора стали появляться отряды красных партизан. Разной численности, от 20-ти человек под командованием Семена Ефимовича Чернецова, чуть больше - под руководством большевика Николая Васильевича Иваненко и до семи сотен бойцов под командованием Матвея Федоровича Соколова. Последний был сосредоточен в слободе Родионово-Несветайской и представлял собой серьезную силу. Были и совсем небольшие отряды, состоявшие всего из нескольких партизан. Один из них, под командованием Федора Антипова находился в окрестностях Парамоновского рудника.
После отступления красных на смену красному террору пришел белый. Красный партизан Антипов погиб в бою, а его мать и сестру Катю расстреляли по приговору белогвардейского военно-полевого суда.
На Парамоновском руднике были расквартированы белые казаки и отряд германской армии, пришедшей на Дон, чтобы оказать помощь в укреплении власти войсковому атаману П. Н. Краснову. В руки казаков и немцев попался большевик А. И. Минаев и был допрошен вахмистром Казанцевым и немцем Шнейдером. Те дали слово сохранить ему жизнь, при условии, что Минаев укажет, в какой шахте красные спрятали склад с оружием. Тот пообещал это сделать. Когда подошли к шахте, Минаев прыгнул в бадью и исчез в стволе. Следом устремился Казанцев. Внизу раздался выстрел, и вахмистр погиб. Потом Минаев выстрелил в себя: в шахте находилась одна винтовка с двумя патронами. Выстрел был неудачным: еще живого Минаева немцы вытащили на поверхность, облили керосином и сожгли. Имя А. И. Минаева носит одна из улиц Новошахтинска, в городском краеведческом музее был оборудован посвященный ему стенд.
В 1918 году х. Малый Несветай был выведен из состава Грушевской станицы и передан в состав Новочеркасской станицы.
Одновременно был образован самостоятельный хутор Зацепин, в его состав были включены слободки Бочаны, Дощаны, Курутяны и Сычевка. Новая административная единица также входила в состав Новочеркасской станицы.
Весь 1918-й и почти весь 19-й год Малый Несветай был глубоким тылом белогвардейской Донской армии. В хуторе нормально работали церковь, школа, магазины. Жизнь изменилась с приходом в конце декабря 1919 года красных - летучего разъезда конного корпуса Бориса Думенко.
Между теперешними селом Алексеевкой и хутором Шевченко до конца 1919 года располагалась «экономия» (механизированное хозяйство) казака Леонтия Никольцева. Там было много скота, две машины-молотилки, приводимые в движение локомобилем, много иного имущества. Никольцев ушел с белыми, имущество уцелело, и весной 1920 года на базе «экономии» была организована сельскохозяйственная коммуна имени 8-го Марта. В ее состав вошло 12 семей крестьян-иногородних, возглавил коммуну Иван Петрович Платошкин. В коммуну вступили семьи П. Подумеева, П. Копаева, И. Хорунжего, имена других коммунаров пока не установлены...
В окрестностях хутора действовали два отряда не сложивших оружие белых казаков - полковника Гнилорыбова и есаула Рожкова, вскоре объединившихся. В народной памяти больше сохранилось имя Рожкова, по той причине, что с красной стороны в Александровск-Грушевском районе борьбу с «политическим бандитизмом» возглавлял его однофамилец. Жители боялись самого слова «рожковцы».
В конце весны 1921 года, когда вся местная милиция была срочно вызвана в районный центр - в недавно переименованный из Александровска-Грушевского в город Шахты, есаул Рожков поздним вечером захватил «коммунию» и разгромил ее. То имущество, которое можно было забрать с собой - погрузили на тачанки и увезли, остальное, вместе с инвентарем и помещениями предали огню. Коммуна прекратила свое существование. О ней сейчас напоминает лишь 300-метровый пустырь между Алексеевкой и Шевченко. Прежде это был единый массив.
В 1921 году х. Малый Несветай стал центром одноименного подрайона, объединявшего несколько волостей (сельсоветов) Шахтинского района. Сначала подрайон возглавлял Николай Васильевич Иваненко, затем Семен Ефимович Чернецов, наконец, председателем исполкома подраненного Совета был назначен совсем еще молодой Николай Павлович Алексеев. Пробыл он на своей должности совсем недолго, местным жителям он запомнился тем, что погиб «на боевом посту».
Вечером в конце лета 1921 года в помещении исполкома подрайонного Совета, располагавшегося в здании бывшего атаманского правления, шло собрание. Из должностных лиц, кроме Н. П. Алексеева, там присутствовали прибывшие из Шахт партийные работники и четыре местных милиционера. Начальник милиции Николай Морозов даже не выставил наружное наблюдение, поэтому нападение «рожковцев» было внезапным.
По словам многих очевидцев, казаки Рожкова - «белого» небольшой группой въехали в хутор. Их было немного, человек 12, все в казачьей форме, двое местных – Шкондин и Куприянов. Подъехав к исполкому, казаки стали выводить милиционеров и партийцев на высокие приступки учреждения и рубить шашками, выстрелов не было. Никого из местных жителей не тронули, кое-кому из приехавших Шахтинцев удалось затеряться в толпе и скрыться Спрятался и Алексеев, однако его обнаружили и зарубили.
В память об Н.П.Алексееве хутор Малый Несветай был переименован в Алексеевку. В 1923 году хутор был переименован в слободу, и стал районным центром Шахтинского округа Донецкой губернии Украины. До наших дней за х. Шевченко сохранился «пограничный столб» между Россией и Украиной: кусок железа, вбитый в землю на «Белой круче» - самом возвышенном месте округи.

Их труд отмечен родиной
Ренскова Галина Николаевна.
Сытникова Нина Прокопьевна
Агафонов Алексей Григорьевич
Бабаев Михаил Михайлович
Харченко Александр Иванович
Трампольцев Виктор Федорович
Мегесь Алексей Илларионович
Сарин Анатолий Дмитриевич
Калякина Нина Александровна
Михайленко Клавдия Гавриловна
Росликов Николай Владимирович
Шипикин Владимир Петрович
Подумеев Виктор Васильевич
Сытников Николай Федорович
Полушкина людмила Александровна
Харченко Николай Федорович
Дудченко Владимир Степанович
Горский Юрий Михайлович
Шкондин Леонид Николаевич

Уважаемае люди села Алексеевка
Буракова Ольга Анатольевна
Семенова Валентина Ивановна
Буракова Надежда Ивановна
Осетров Николай Гаврилович
Демусенко Сергей Витальевич
Ходеева Нина Андреевна
Гаврилова Людмила Яковлевна.